Įdomūs atsitikimai iš 36 Porų Palaiminimo (LT, RU, EN)

1961-iais metais 36 Porų Palaiminimo ceremonija buvo surengta didelio sąmyšio ir chaoso apsuptyje. Mes net turėjome pastatyti sargybinį prie durų, kol vyko ceremonija. Vis dėlto aš padariau viską, ką turėjau padaryti, nežiūrint į tai, kiek triukšmo kėlė protestuotojai. 36 Porų tėvai susibūrė apie namą, įžeidinėdami mus ir nepaliaujamai keldami triukšmą.

Kai kurie net nusiuntė begalę anoniminių laiškų į teismą, reikalaudami pasodinti mane į kalėjimą, dėl to aš keletą kartų turėjau eiti į teismą. Buvo 12 žmonių, kurie ypač pašėlusiai dirbo, kad sunaikintų Susivienijimo bažnyčią, mėtydami anglies dulkes į mūsų Bažnyčią. Susivienijimo bažnyčia plėtėsi šios sumaišties apsuptyje. Mes turėjome pasiekti pergalę toje pačioje vietoje, kur žmonės mus persekiojo. Mes prisiėmėme drąsią užduotį įkurti pergalingą pagrindą, iš visų pusių nepaprastai persekiojami. (23-317, 1969.6.8)

Tuo metu, kai turėjome surengti 36 Porų Palaiminimą, aš išsiunčiau pakvietimus savo vardu nuotakų ir jaunikių tėvams: “Brangūs Tėveliai, tokią ir tokią dieną jūsų sūnus/dukra tuoksis Čiongpa dong Bažnyčioje. Norėčiau pažymėti, kad galite dalyvauti ceremonijoje tik apsirengę tam tikro stiliaus šventais rūbais, kitaip negalėsite dalyvauti”. Šis kvietimas sukėlė sumaištį tarp tėvų. Neįsivaizduojate, kaip jie dėl to triukšmavo šaukdami: “Kaip iš viso žemėje gali būti tokie dalykai?! Kas išdrįso tėvams atsiųsti kvietimą į jų pačių vaikų vestuves?!”. Nieko, jie gali kelti triukšmą kiek nori. Kartą nusprendęs, ką nors padaryti, aš tai darau iki galo. Net jei jie būtų iškvietę policiją, pabaiga būtų buvusi tokia, kokios aš noriu, ne kaip jie. (162-321, 1987.4.17)

36 Poros per savo Palaiminimą turėjo elgtis su savo tėvais kaip su puolusiu archangelu. Nė vienas iš jų nepranešė tėvams apie savo vedybas. Paskutinę minutę, maždaug kelias savaites iki santuokos, nes nebuvo kito pasirinkimo, aš išsiunčiau tėvams kvietimus ir įtraukiau daug sąlygų, tokių, jog jie turi vilkėti šventais rūbais ir t.t. Tada tėvai pradėjo mane įžeidinėti, šaukdami, kad aš neturiu jokios teisės atimti iš jų vaikus ir juos sutuokti. Jie sukėlė didžiulį skandalą, bet nieko iš to neišėjo. Pagalvokite, kaip tai turėjo būti nemalonu tėvams. Galų gale mes turėjome uždaryti geležinius vartus ir užkirsti jiems kelią, kad visiškai negalėtų įeiti. Turėjome taip elgtis, kad sukurtume atsiskyrimo nuo puolusio archangelo sąlygą ir apsaugotume situaciją. (90-124, 1976.10.21)

Tarp 36 Porų yra lyderė, kurios tėvas buvo gerai žinomas žmogus. Būdamas garbus ponas, jis labai mažai galvojo apie mane. Tiesa sakant, jis žiūrėjo į mane ne daugiau, kaip į žmogų iš gatvės. Kai atėjo laikas palaiminti jo dukterį, aš nusiunčiau jam žinutę. Jis atėjo į vestuves, nes norėjo pamatyti savo duktėrį ištekant, ir priėjo prie vartų labai išdidžiai. Mes jam pranešėme, jei jis nori dalyvauti vestuvėse Susivienijimo bažnyčioje, privalo vilkėti šventais rūbais. Jis vilkėjo savo geriausią kostiumą ir pasimetė, kai mes neleidome jam įeiti. Jis primygtinai reikalavo, kad įleistume, juk tai yra jo dukters vestuvės, bet mes vis tiek jo neįleidome. Galų gale, neturėdamas kito pasirinkimo, jis nuėjo pas vieną iš mūsų narių ir maldavo paskolinti jam šventus rūbus. Galiausiai jis dalyvavo savo dukters vestuvėse, vilkėdamas pasiskolintais šventais rūbais. (75-216, 1975.1.5)

Mano revoliucingas elgesys visiškai apvertė egzistuojančios santuokos tradicijas. Tai apvertė krikščioniškas ir Korėjos tradicijas. Kaip? Atstumiant tėvus ir motinas. Ar aš kada nors kalbėjausi su jūsų tėvais apie jūsų ketinimą priimti Palaiminimą? Ne, nes Palaiminimas yra dangiškas nurodymas. Aš esu subjektas. 36 Porų Palaiminimo metu mes užkirtome kelią tėvams ateiti į vestuves, sakydami, kad jiems bus leista dalyvauti tik vilkint šventais rūbais. Dėl to kilo toks protestas. Tai buvo didžiausia revoliucija, ji visiškai apvertė viską. (213-17, 1991.1.13)

36 Porų Palaiminimas turėjo būti surengtas nakties tamsoje už užrakintų durų. Per ceremoniją mes girdėjome visokiausius riksmus: “Paleisk mano sūnų! Išleisk mano vyrą! Ką tu sau manai taip elgdamasis su kitų žmonių vaikais?!” Žmonės buvo pasipiktinę, nes tradiciškai jie ruošia savo vaikų vestuves, tačiau šiuo atveju Susivienijimo bažnyčios įkūrėjas sutuokė juos. Šeimos taip karštai protestavo, nes tai buvo tėvai ir motinos iš šėtoniško pasaulio. Kadangi šėtonas pagrobė Dievo vaikus, aš juos išplėšiau atgal iš jo nagų ir atkūriau per atpirkimą. Per Palaiminimą aš turėjau atgauti istorijoje prarastus sūnus ir dukteris, atkurdamas juos per atpirkimą. Taigi, aš paskubomis užbaigiau ceremoniją. Aš neturėjau kito pasirinkimo, nes stengiausi įvykdyti atkūrimą per atpirkimą. (19-120, 1967.12.31)

Благословение прошло в три этапа, сопровождаемое множеством самых разных историй.

Благословение тридцати шести пар в 1961 году прошло в эпицентре сумятицы и хаоса. В конце концов нам пришлось перед самой церемонией поставить охрану у главных ворот. Однако Отец сделал все, что мог, не обращая внимания на поднятый шум. Родители этих тридцати шести пар приходили толпами, выкрикивая самые разные оскорбления в наш адрес и устраивая скандалы. Доходило до того, что некоторые из них написали анонимные заявления в департамент юстиции, требуя посадить Отца в тюрьму, и ему пришлось несколько раз являться в суд. Из этих родителей набралось двенадцать человек, которые с особым отчаянием и яростью пытались уничтожить Церковь Объединения, засыпав ее угольным порошком.

Вот в каких обстоятельствах росла Церковь Объединения. Нам противостояли, и в этой ситуации мы должны были расчистить основание для победы. Нам приходилось рисковать, закладывая основание для победы посреди яростной оппозиции со всех сторон. (23-317, 8.6.1969)

***

Когда я проводил бракосочетание тридцати шести пар, я послал приглашения на свадьбу всем родителям женихов и невест от своего имени. В этих пригласительных письмах я писал: «Уважаемые отец и мать! Такого-то числа ваш сын или дочь вступят в брак в церкви Чон-Па-Донг. Пожалуйста, помните о том, что вы можете присутствовать на церемонии лишь в том случае, если наденете Святые одежды. Иначе мы не сможем вас принять!» Эти приглашения вызвали небывалое смятение родительских умов; вы даже не представляете, какой шум они подняли! «Как такое вообще могло случиться? Кто осмелился посылать родителям приглашения на свадьбу их собственных детей?!» Они могли галдеть, сколько угодно! Однако если я что-то решил, я довожу это до конца. Даже если они вызовут полицию, в конце концов все завершится именно так, как хочу я, а не они! (162-321, 17.4.1987)

***

Когда в Корее проводилось Благословение тридцати шести пар, этим парам приходилось относиться к собственным родителям как к архангелу. Никто из них не сказал ни слова родителям о своем бракосочетании. И в последнюю минуту, когда не оставалось другого выбора, я послал этим родителям пригласительные письма, которые пришли за неделю до бракосочетания. К тому же эти письма диктовали определенные условия – к примеру, облачение в Святые одежды как обязательный атрибут присутствия на церемонии. Тогда-то родители и начали кидать мне оскорбления прямо в лицо и кричать, что я не имел права забирать их детей и сочетать их браком. В-общем, они учинили порядочный скандал, но я ничем не мог им помочь.

Представьте на минутку, как неприятно все это было для родителей! Поэтому нам в конце концов пришлось захлопнуть стальные ворота и накрепко запереть их, чтобы никто не смог войти. Вот на что нам приходилось идти, чтобы избавиться от них! (90-124, 21.10.1976)

***

У одной из женщин-лидеров, благословленных в числе тридцати шести пар, был очень известный отец. Он занимал высокий пост и даже не думал о том, кто такой преподобный Мун. Короче говоря, он думал об Отце не больше, чем о любом другом человеке, проходящем мимо. Когда пришло время благословить его дочь, я послал ему приглашение. Он явился на церемонию бракосочетания, ведь он очень хотел увидеть, как его дочь выходит замуж. Он вошел в двери, исполнившись гордости.

Мы дали ему понять, что, если он хочет принять участие в брачной церемонии Церкви Объединения, ему нужно переодеться в Святые одежды. Он пришел в своем лучшем костюме, поэтому был слегка растерян – ведь мы преградили ему путь и не позволили войти в ворота. Он настаивал на том, чтобы войти – ведь там, в конце концов, выходила замуж его собственная дочь! Однако мы не позволили ему войти. В итоге ему не оставалось иного выбора, кроме как пойти к одному из наших членов и попросить его одолжить ему Святые одежды. И тогда он, переодевшись в них, принял участие в церемонии. (75-216, 5.1.1975)

***

Когда тридцать шесть пар получали Благословение, могли ли они уведомить об этом своих отца и мать? Понравилось бы родителям, коли их дети пришли бы к ним и давай обсуждать перспективу вступления в брак в Церкви, против которой были настроены родители? Что скажете? Ответ очевиден. Если бы родители пришли на бракосочетание, это событие стало бы для них бельмом в глазу, вместо того, чтобы стать счастливейшим днем в жизни. Должен ли был Отец, зная обо всем об этом, уведомить родителей заранее и попросить их благословения на брак? В конце концов, родителей все же нужно было поставить в известность, поэтому мы послали им пригласительные письма, да так, чтобы они получили их за день до бракосочетания. Мы послали им приглашения, где было написано: «Ваш сын или дочь собираются принять участие в Святом Бракосочетании, поэтому мы приглашаем вас присутствовать на церемонии». (61-313, 3.9.1972)

***

Революционные действия Отца перевернули с ног на голову все традиции прошлого – и христианские, и корейские традиции. Как такое могло случиться? Мы отвергли отца и мать. Разве я спрашивал мнение ваших отца и матери перед тем, как дать вам Благословение? Нет, потому что Благословение – это отданный мною приказ.

Отец – это субъект. Во время Благословения тридцати шести пар мы не разрешали присутствовать ни отцам, ни матерям. Они могли прийти лишь при одном условии: если они наденут Святые одежды. Из-за этого они учинили такой скандал! Это была революция из революций! Были полностью перестроены все традиции прошлого. (213-17, 13.1.1991)

***

Когда проводилось Благословение тридцати шести пар, в котором часу была проведена первая часть церемонии? На рассвете, верно? Семьи женихов и невест собрались снаружи, с боем прорываясь внутрь и вопя: «Освободите моего отца!», или «Отпустите мою дочь!» По их словам выходило, что я – вор, укравший отца или дочь у детей или родителей! Они сделали из меня вора, и они же еще кричали на меня: «Ты, Мун, такой-растакой! Выходи давай! Ты разрушил нашу семью и довел до сумасшествия нашу дочь!»

Перед вступлением в брак полагается получить согласие родителей. Однако в нашем случае мы разослали родителям пригласительные письма и попросили их надеть Святые одежды, если они решат прийти. Это было настоящее безрассудство! Я знаю, что это было просто возмутительно! Если бы я этого не знал, я провел бы Благословение с сердцем, легким, как перышко; но мне пришлось проводить Церемонию, постоянно помня об этом, и это было самое сложное. Разве не так? Если бы я не понимал всей безрассудности своего поступка, при звуках долетающих до меня проклятий и оскорблений я думал бы: «Чего это они так ругаются?» Но я проводил церемонию, отдавая себе отчет в том, что меня за это будут проклинать. Я провел церемонию до конца, постоянно помня об этом. Если бы я этого не сделал, искупление не было бы заплачено. Вы не можете просто закрыть глаза и кое-как довести дело до конца. (211-332, 1.1.1991)

***

Когда я благословлял тридцать шесть пар, одна группа была благословлена ночью, другая – днем и третья – на рассвете. Почему? Да потому, что родители всех женихов и невест были против того, чтобы их дети вступали в брак.

С точки зрения Божьей воли, поскольку история началась с ложных родителей, я должен был взять за все ответственность, заняв положение Истинных Родителей. Родители были против брака, и вся страна тоже. Мне пришлось явиться в суд и дать письменные показания перед тем, как провести Благословение. Ни один человек даже не подозревает о том, через что мне пришлось пройти, выполняя свою миссию! У меня не было никакого основания, на которое я мог бы опереться. Я рисковал всем. (91-259, 23.2.1977)

***

Хотите, чтобы Отец рассказал вам что-нибудь забавное? Когда в Корее проводилось Благословение тридцати шести пар, ко мне пришел один человек. Кстати, его зять находится сейчас вместе с нами. Этот человек заявил, что обеих его дочерей одурачили и заставили стать членами Церкви Объединения. Он работал директором одной из школ, и он уже выбрал в качестве будущих зятьев двоих учителей из этой же школы, обладающих такими-то и такими-то качествами. Поэтому он не мог позволить своим дочерям участвовать в массовом бракосочетании. Однако Отец сказал ему лишь следующее: «Хотите помешать – что ж, мешайте! Все равно ваши дочери будут благословлены мною!» (22-261, 4.5.1969)

***

Неужели вы думаете, что я, подбирая тридцать шесть пар, советовался с их родителями? Я собрал вместе чужих детей, сочетал их браком по своему собственному усмотрению, ничего не обсуждая с родителями и даже не поставив их в известность. Из-за этого они не только ругали меня, но и били бы палками, будь у них такая возможность.

Если бы дело происходило в древнем Израиле, с меня сорвали бы одежду и закололи насмерть! Однако я закончил все в мгновение ока, до того, как родители начали гадать, что же там происходит. Я собрал вместе детей сатаны, превратил их в детей Бога и сочетал их браком. Разве можно слушать чьи-либо советы, когда приходит вселенская Небесная удача и завершается путь восстановления? Кого я должен спрашивать, проводя Благословение? Все должно подчиняться лишь принятым мною решениям.

Тридцать шесть пар – это наши прародители. Во время Благословения они получили любовь, которая позволила им стать прародителями; должны ли они, в таком случае, спрашивать совета у своих физических родителей? Этот вопрос они могут обсуждать лишь с Богом. (18-207, 8.6.1967)

***

Поскольку Благословение тридцати шести пар должно было проводиться в полночь, как только стемнело, перед самой церемонией мы заперли двери. Во время церемонии с улицы доносились крики: «Отпустите моего сына, отдайте моего мужа! Что вы там делаете с чужими детьми?» Они протестовали потому, что браки детей должны проводиться родителями, однако в реальности было то, что есть: преподобный Мун из Церкви Объединения сочетал их браком единолично. Они протестовали, как отцы и матери из мира сатаны.

Сатана отнял у Бога Его детей, поэтому Отец отнял их обратно, вырвав из сатанинских тисков, и восстановил их искуплением. Благодаря Благословению он должен был вернуть сыновей и дочерей, потерянных в истории, и восстановить их искуплением. Вот почему церемония завершилась очень быстро. У Отца не было другого выхода, ведь он пытался завершить восстановление искуплением. (19-120, 31.12.1967)

Anecdotes from the 36 Couples Blessing

In 1961, the 36 Couples Blessing Ceremony was held amid great confu­sion and chaos. We finally had to have someone stand guard at the door before we could go through with the ceremo­ny. Nevertheless, I did everything I had to, regardless of how much noise the protestors were making. The parents of the 36 Couples came swarming about the place, shouting all kinds of insults at us and creating a continuous uproar. Some went so far as to send dozens of anonymous letters to the court of justice demanding I be sent to jail; as a result, I had to appear in court on several occa­sions. There were twelve people in par­ticular who worked frantically to destroy the Unification Church, sprinkling coal dust all over the place. The Unification Church grew amid such turmoil. We had to lay the groundwork for victory in the same place that people were oppos­ing us. In a hazardous situation amid fierce opposition, I established the foundation for victo­ry. (23-317, 1969.6.8)

At the time we were going to hold the Blessing for the 36 Couples, I sent out invitations in my name to the parents of the brides and grooms as follows:

“Dear Parent, on such and such a date, your son/daughter will be getting mar­ried at Cheongpa-dong church. Please note that you can attend the ceremony only if you are dressed in holy robes in such and such a style; otherwise, you will not be able to participate.”

That invitation creat­ed havoc among the parents; you can’t imagine how much noise they made over this, crying, “How on earth can such a thing happen? Who dares to send par­ents invitations to the wedding of their own children?” Well, they can make all the noise they want. I conducted this the way I had decided. Even if they had called the police on me, in the end everything would have worked out the way I wanted it to, rather than how they wanted it. (162-321, 1987.4.17)

When the 36 Couples were being blessed, they had to treat their own par­ents as the archangel. None of them informed their parents about the wedding. At the last minute, because there was no other choice, I sent the par­ents invitations about a week before the wedding and included many conditions, such as the need to wear holy robes and so on. Then the parents hurled insults at me, shouting that I had no right to take their children away from them and have them married. They caused various public scandals, but it could not be helped.

Think for a moment about how unpleas­ant that must have been for the parents. In the end, we had to close the iron gates and block them from entering at all. Such were the actions we took to separate from Satan. (90-124, 1976.10.21)

Among the 36 Couples, there is a lead­er whose father was well-known. Being a respectable gentleman, he thought very little of me. In fact, he regarded me no more highly than the wandering poet Kim Sa-gat was regarded, and said this and that about me. When the time came for me to bless his daughter, I sent him a notice. He came to attend the wedding because he want­ed to see his daughter get married and he walked up to the gate very proudly. We informed him that if he wanted to attend the Unification Church wedding, he needed to be dressed in a holy robe. He was dressed in his best suit and so he was at a loss when we stopped him from entering the gate. He insisted on coming in anyway because, after all, it was his daughter’s wedding, but still he was blocked by us. In the end, he had no choice but to go to one of our mem­bers and beg him to loan his holy robe. Ultimately, he did attend his daughter’s wedding, dressed in the borrowed holy robe. (75-216, 1975.1.5)

At the time of the 36 Couples Bless­ing, do you think the brides and grooms could easily notify their parents of the Blessing? Would the parents have liked it if their children had discussed with them the prospect of getting married in a church they opposed? Don’t you think they wouldn’t? That was a fore­gone conclusion. If they were to come to the wedding, they would have left a blemish on what would otherwise have been the couple’s happiest day. Know­ing this plainly, should I have asked the mothers and fathers about or introduced them to their prospective son- or daugh­ter-in-law? Since they had to be notified at least, we sent them invi­tations to arrive on the eve of the wed­ding, as follows: “Your son/daughter is going to be wedded in holy matrimony, so please favor us with your attendance [*or “we hope you will attend”].” I sent a notice like that to everyone. (61-313, 1972.9.3)

My revolutionary course of action completely overturned the tradition. It completely overturned the tradi­tions of Christianity and of Korea. How so? It denied the fathers and mothers. Did I ever discuss with your parents the prospect of you receiving the Blessing? No, because the Blessing is a heavenly command.

I am the subject. At the time of the 36 Couples Blessing, we stopped parents from coming to the wedding, telling them they would be allowed to enter only if they wore holy robes. There was such an outcry about this. It was the revolution of revolutions. It completely overturned everything. (213-17, 1991.1.13)

On the occasion of the 36 Couples Blessing, wasn’t the first phase conduct­ed at dawn? Families of the brides and grooms were outside, struggling to get in, shouting, “Set my father free!” or “Set my daughter free!” These words made me out to be a thief who had sto­len somebody’s father and somebody else’s daughter. They were making me out to be a thief and shouted at me, “You, Moon! Come out! You have destroyed our family and made our daughter a rav­ing lunatic!”

When wanting to get married, the proper thing to do is to get permis­sion from the parents; yet in our case, we sent wedding invitations to the par­ents and told them to wear holy robes if they wanted to come. That was unheard of. I knew that. Had I not, I would have gone through with the Blessing with a heart as light as a feather, but I had to conduct it aware of all this and that was the most difficult part of it. Don’t you think so? If not, I would have heard the insults shouted at me and wondered why. Instead, I held the wedding, know­ing that they would curse me for it. I per­severed with it to the end, knowing all these things. Indemnity could not have otherwise been paid. I could not just close my eyes and do a haphazard job. (211-332, 1991.1.1)

The 36 Couples were wedded in three phases: the first at dawn, the second dur­ing the day, and the third at night. Their parents came to say, “Let my son out! Let my daughter out!” Such was their pro­test. From the standpoint of God’s will, since humankind started from false parents, I had to guide the proceedings as a true parent. Not only their parents, but also the government opposed us. I had to go to court and place a deposi­tion before holding the wedding. No one knows what I have been through in car­rying out my work. There was not even a tiny spot for me to stand on. There, I was risking everything. (91-259, 1977.2.23)

Shall I tell you an inter­esting story? When I was holding the 36 Couples Blessing in Korea, a man came to see me. His son-in-law is here with us today, by the way. The man claimed that both his daughters had been hoodwinked into becoming Unification Church mem­bers. He was a school principal and had already chosen two teachers specifically as his future sons-in-law, and so did not want to allow his daughters to participate in the Blessing. However, all I told him was, “If you want to oppose, go ahead. Both your daughters, however, will be blessed by me!” (22-261, 1969.5.4)

When I was choosing the 36 Cou­ples for the Blessing, do you think I dis­cussed the issue with their parents? I brought together other people’s children and married them at my own discre­tion, without discussing it with the par­ents at all. No doubt the parents would have not only cursed me, but beaten me with sticks. Had we been Israelites of old, I would have had my clothes torn off and been stabbed to death. Nevertheless, I accom­plished it all in the blink of an eye, before the parents had the faintest idea of what was going on. I brought together Satan’s children, made them into God’s chil­dren, and married them. In my work of completing the course of restoration, amid the heavenly fortune of the cos­mos, whom should I discuss such mat­ters with? In carrying out the Blessing, whom could I possibly have consulted? Everything had to be carried out at my own discretion. The 36 Couples are the ancestors. In fulfilling the love through which they could become ancestors, should I have consulted their parents? This was a matter to be dis­cussed with God. (18-207, 1967.6.8)

The 36 Couples Blessing had to be conducted in the dark of night, behind locked doors. During the ceremony, we heard all kinds of shouts like, “Let my son go! Let my husband go! What do you think you are doing with other peo­ple’s children?” People were outraged because traditionally they arrange their children’s marriages; yet here was the founder of the Unification Church mar­rying them off on his own. The fami­lies protested so vehemently because they were fathers and mothers from the satanic world. Since God’s children were snatched away by Satan, I snatched them back from his clutches and restored them through indemnity. Through the Bless­ing, I had to regain the sons and daugh­ters lost throughout history, restoring them through indemnity. Hence, I con­cluded the ceremony hurriedly. I had no choice, as I was trying to accomplish restoration through indemnity. (19-120, 1967.12.31)